Замечание редакции: Данная точка зрения не является официальной позицией ЕСМ. Портал Россия3 помещает эту статью лишь в дискуссионном порядке.

С кризисом и обрушением советской системы рухнул и железный занавес. Не успел русский человек вздохнуть с облегчением, как на него тут же посыпались джинсы, жвачка, права человека, реформы Гайдара, Борис Николаевич Ельцин и самое главное – глубочайшее разочарование в Западе, который у заточенного совком воображения идеализировался как коммунизм у первых большевиков. Поэтому сегодня патриотам свойственно осуждать западные «блага» скопом, особенно не разбираясь в их специфике. Именно поэтому патриоты нового типа, сторонники четвертой политической теории, обязаны подойти к этому вопросу более тщательно и дифференцированно.

Когда мы говорим о Постмодерне, в котором обнаруживает себя четвертая политическая теория, мы говорим, прежде всего, кризисе власти и ее дальнейшем демонтаже. Постмодерн утверждает горизонтальную структуру общества, отменяя всякую вертикаль. В этом отношении, при рассмотрении первой политической теории стоит разделять его составляющие – капитализм и либерализм. Если капитализм утверждает власть капитала или тех, кто им владеет над теми, у кого его нет, то главной задачей либерализма является утверждение ценностей «отдельно взятой человеческой жизни» и борьба против нарушения ее прав, то есть с властью. При этом власть как таковая в любом случае является противником либерализма, поскольку устанавливает принцип неравенства, то есть ставит интересы одной человеческой жизни выше другой. Именно поэтому внутри сторонников первой политической теории, оставшейся после краха нацизма и коммунизма наедине с собой, возникает неразрешимый вопрос – победила новая диктатура (капитализм) или права человека?

В этом отношении, говорить о кризисе первой политической теории мы можем в той степени, в какой она капиталистична. Именно против капитализма, как последней оставшейся модели власти, бьется либерализм, утверждающий горизонтальную структуру общества. Это утверждение делает понятным союз защитников прав человека с давними врагами капитализма – марксистами, сторонниками второй политической теории. Сегодня уже никого не удивляет, что защитники этнических и сексуальных меньшинств выступают единым фронтом с левыми революционерами и антиглобалистами. Освобожденная от противостояния с нацистской и коммунистической догматикой капиталистическая власть оказалась ничуть не менее деспотичной, чем ее почившие в бозе конкуренты.

Исходя из вышесказанного, напрашивается ряд вопросов. Является ли капитализм врагом четвертой политической теории перед лицом Постмодерна? Актуально ли противостояние четвертой политической теории с классическими морскими державами, построенными на торговом принципе, и их сторонниками (американские республиканцы, к примеру)? Не меняется ли при этом формат геополитики? Актуальна ли вообще геополитика в контексте четвертой политической теории? Возможен ли союз кочевников моря и кочевников суши?

Все эти вопросы предлагаю обсудить участникам евразийского конгресса, который состоится 17 марта в Москве!

Релевантная ссылка: http://evrazia.org/article/884